Цветные сны Орлова

Март 1919 года в Нижегородской губернии выдался морозным. От добротного деревенского дома в кромешную тьму удалялись сани, с хрустом утрамбовывая только что выпавший снег. В этих санях везли на допрос немолодого бородатого мужчину в легком сюртуке, совсем не по погоде. По деревне пошел слух, что он якобы печатал фальшивые керенки, а кто-то из односельчан доложил ГубЧК, что видел у подозреваемого некие заграничные приборы.

В ГубЧК, конечно, знали, что этой морозной ночью к ним едет сам Иван Орлов — изобретатель уникальной технологии многоцветной печати в один прогон. Тот самый Орлов, совершивший революцию в изготовлении денежных знаков и лишивший заработка тысячи фальшивомонетчиков. Неужели он и сам стал одним из них?

В стране Гражданская война. Пытаясь прокормить семью, Орлов устроился курьером в уездный отдел народного образования. В его обязанности входило развозить жалованье сельским учителям. Один из учителей, вроде как, обнаружил у себя две фальшивые керенки. Не то чтобы исключительный случай — керенки подделывали направо и налево. Дешевая разномастная бумага, одноцветная печать, отсутствие каких-либо элементов защиты — при желании справился бы и школьник.

И вот теперь он спит на деревянных нарах, укутавшись в свой сюртук. Его могут расстрелять, но сны Орлова вовсе не о смерти. В них вся его жизнь, и ночь за ночью он проживает ее заново.

Солнечное летнее утро. Семилетний Ваня лежит в телеге купеческого обоза среди тюков с ситцем и смотрит в небо. Мимо проплывают облака и мелькают верхушки деревьев, фырчит лошадь, позвякивают бубенцы, а рядом бабушка напевает что-то заунывное.

Приехали. Сегодня в деревне Ичалки базарный день, и у Вани много работы. Вот уже несколько месяцев они с бабушкой ездят по окрестным деревням просить милостыню у добрых людей — нужда заставила.

Своего отца мальчик не помнил. Давным-давно тот уехал на заработки и умер где-то в Таганроге. Мать пыталась вести хозяйство одна, но не потянула выкупные платежи за надельную землю и отправилась батрачить в Нижний Новгород. А Ваня с двумя сестрами остался на попечении бабушки.

Еще до отъезда в город мать по церковным книгам обучила мальчика читать, а рисовать он начал сам. Любознательного ребенка приводили в восторг немногочисленные технические, как ему казалось, чудеса: керосиновая лампа, водяная мельница, карманные часы, которые он как-то увидел у проезжего купца. Дни напролет Ваня наблюдал за работой резчиков, когда в приходской церкви делали новый иконостас, и в итоге сам начал вырезать фигурки из дерева. С весны он обменивал их на подаяния, и на базар в Ичалки тоже привез несколько.

Длинный летний день подошел к концу. Купцы отправились на постоялый двор, а Ваня с бабушкой напросились на ночлег в чью-то избу. Мальчик заснул довольный — сегодня бабушка купила ему карандаши, и, как только они вернутся домой в Неледино, он первым делом сядет рисовать.

1883 год. Ивану Орлову только что исполнилось 22 года. Это слегка лопоухий молодой человек в костюме-тройке, с еле пробивающейся бородкой и по моде уложенными волосами — он теперь москвич.

Иван держит в руке карманные часы с цепочкой. Почти такие же, как те, что так поразили его в детстве, только лучше: золотые и с гербом на крышке — самая совершенная модель часовой мануфактуры «Павел Буре». Но важно другое: Орлову подарил их император Александр III.

Молодой человек в который раз нажимает на заводную головку, глядя, как ловко откидывается крышка, захлопывает ее и повторяет процедуру снова. Кажется, он до сих пор не верит, что все взаправду.

Навряд ли Орлов сейчас держал бы эти часы, не забери его мать из деревни к себе в город ровно десять лет назад. Там он поступил в Кулибинское ремесленное училище для детей бедняков и сирот.

Спустя пять лет Иван — лучший выпускник. Теперь — Москва и Строгановское училище технического рисования. Парень отлично рисует, но еще не понимает, к чему приложить свои таланты.

Все встало на свои места, когда Орлов устроился практикантом на Московскую жаккардово-ткацкую фабрику мебельных материй. Его поразили гигантские станки. Рабочие заправляли в них обычные нити и перфокарты, а на выходе получали разноцветные полотна с причудливыми узорами. Орлов подумал: если эти машины способны создавать на полотне фиалки и гроздья винограда, то, наверное, с их помощью можно «нарисовать» на ткани и лицо человека.

Под рукой у него оказался портрет наследника престола Николая Александровича, на нем он и решил потренироваться. А когда показал результат директору фабрики, тот сразу понял, что император должен увидеть эту работу. Александру III преподнесли полотно с портретом наследника в качестве подарка к коронации, ну, а царь отблагодарил мастера, отправив ему часы.

1885 год. В гостиной мастера Московской жаккардово-ткацкой фабрики Ивана Орлова легкий полумрак. Время вечернего чая, который, разумеется, разливают из самовара. Орлов, как обычно, читает газету. Какой-то чудак написал язвительный фельетон о провале властей в борьбе с подделками кредитных билетов.

О да, фальшивомонетчики были постоянной головной болью Министерства финансов и Экспедиции заготовления государственных бумаг, отвечавшей за выпуск денежных знаков.

Дизайн банкнот обновляли каждые десять лет, внедряя новые способы защиты. Так, в 1866 году впервые применили дорогостоящую металлографическую печатьПри металлографии рисунок на клише делается вдавленным, в углубления наносят краску. Затем на клише кладут мокрую бумагу и впечатывают ее. В результате банкнота становится рельефной на ощупь..

Помимо этого, регулярно улучшали качество бумаги и обновляли водяные знаки, делая их неоднородными на просвет, чтобы создать эффект полутонов.

Но все было тщетно. Принятые меры потеснили рисовальщиков и кустарей-копировальщиков, размачивавших настоящие банкноты в воде, чтобы перенести рисунок на чистую бумагу. Им на смену пришли профессионалы с типографским и фотографическим оборудованием. К началу 1890-х годов 90% всех фальшивок в Российской империи изготавливались именно типографским способом.

Рубли подделывали не только внутри страны, но и по всей Европе. Министерство финансов сообщало о выявленных подпольных типографиях в Лондоне, Цюрихе, Париже, Брюсселе, Ницце и еще десятке европейских городов. Масштаб беды был невероятным. Например, когда власти выводили из оборота 25- и 50-рублевые билеты, на руках у населения было обнаружено подделок на 70 млн рублей.

Орлов прочитал фельетон вслух жене Татьяне, отложил газету и заявил, что знает, как решить проблему. Если денежные знаки не печатать на бумаге, а, например, ткать из шелка, то подделывать их будет куда труднее.

На следующий день он приступил к экспериментам. Первым делом до мелочей продумал рисунок, сделав его настолько сложным, чтобы исключить возможность копирования на ткацких производствах.

В основе рисунка — нити двух цветов: светлая и темная. А плетение ткани на жаккардовом станке устроено таким образом, что если на одной стороне человек видит темную нить, то с обратной ровно в этом месте будет светлая. Добиться такого точного совпадения печатью по ткани, по мнению молодого экспериментатора, было нереально. А это, в свою очередь, делало невозможным типографские подделки.

Иван отправился с образцами в Петербург, к управляющему Экспедицией заготовления государственных бумаг Винбергу. Тот идею Орлова признал интересной, но вышестоящее начальство оказалось не готово к столь радикальному решению. Зато Винберг предложил талантливому изобретателю поступить в Экспедицию. Орлов две недели изучал производство, но выбрал знакомую работу — в ткацкой мастерской, которая делала сетку из шелковых нитей для специальной защищенной бумаги. Ивану с супругой предстоял переезд в Петербург.

Зима 1891 года. Огромные фабричные окна разукрашены причудливым узором инея. За стеклянной перегородкой грохочут типографские машины печатного цеха Экспедиции заготовления государственных бумаг. Над большим дубовым столом склонились трое мужчин. Перед ними чертежи будущего станка. Мужчины оживленно спорят, что-то зачеркивают и дорисовывают. Один из них — Иван Орлов.

Эксперимент с шелковыми нитями в бумаге давно свернули, но Иван нашел задачу поинтереснее. Уже больше года он работает над своей идеей многоцветной печати с одного клише. Его первые пробы оказались весьма успешными, и теперь настало время сделать машину, которой нет ни у кого в мире.

Обычный типографский станок того времени умел печатать несколькими красками, но не в один прогон, а последовательно. Будущее изображение делилось на фрагменты по цветам, для каждого из фрагментов создавалась отдельная печатная форма. В процессе печати валик с листом бумаги прокатывался по ним поочередно, и в конце получалась цветная картинка.

У этого способа было много недостатков. Во-первых, скорость. Один лист нужно было прокатывать 4-5 раз в зависимости от количества цветов. Во-вторых, качество. Фрагменты разных цветов при прокатке смещались относительно друг друга. Элементы рисунка либо наезжали один на другой, либо между ними оставались зазоры. Например, линия с фрагментами разных цветов получалась ломаной, как неровный пунктир. Смешиваясь, краски расплывались, что не позволяло нормально печатать мельчайшие детали денежного рисунка.

Орлов не был первым, кто пытался решить эти проблемы. Начиная работать над своим проектом, он тщательно изучил чертежи англичанина Уильяма Конгрева, который еще в 1820-х изобрел сборное клише, части которого с предварительно намазанными на них красками разных цветов плотно вставлялись друг в друга, формируя таким образом целостную печатную форму. Но у Конгрева все делалось вручную, и каждый новый оттиск немного отличался от предыдущего. А это, конечно, не подходило для печати тысяч кредитных билетов, которые должны быть строго идентичными.

Орлов сообразил, что можно разделить печатный цилиндр на пять частей. В первых четырех фрагменты клише покрываются каждый своей краской, а в пятой они собираются воедино, после чего изображение целиком переносится на бумагу.

В сентябре 1890 года он приступил к переделке типографского пресса, а через полгода получил первый оттиск. Видя успехи Орлова, управляющий дал ему в помощь чертежника Экспедиции Ивана Стружкова, с которым они продолжили работу вместе.

Но если вы помните, мужчин у стола с чертежами было трое. Так кто же третий? Вильгодт Однер — инженер-механик и фабрикант шведского происхождения. Ему предстояло изготовить будущий станок, придуманный Орловым.

Вообще-то часть деталей пришлось заказывать в Германии, но, получив их, Орлов остался недоволен качеством и пришел к выводу, что станок надо полностью делать в России. Однер не подвел: первая машина с «орловским раскатом» приступила к работе в августе 1893 года.

Орлов добился желаемой цели. После внедрения его метода российские деньги стали считаться высоконадежными. Теперь их нельзя было точно сымитировать ни кустарным, ни типографским способом. Подделки, конечно, продолжали появляться, но достаточно быстро обнаруживались и изымались из обращения.

«Орлов, на выход!» — конвоир прервал сон на самом интересном месте. К счастью, Орлов отлично знал продолжение. Дальше было признание заслуг, солидная премия от императора, орден Почетного легиона от президента Франции, запуск производства станков по его технологии в Германии, статус почетного гражданина, деловые поездки по Европе и, наконец, возвращение к корням. Орлов купил имение в своих родных местах, где и поселился с семьей, занимаясь сельским хозяйством.

Именно оттуда в марте 1919 года его увезли по ложному подозрению. Теперь всем ясно — по ложному, ведь обвинения с него сняты, а сам он стоит на улице и дышит сладковато-прелым запахом осенней листвы.

Пять месяцев заключения позади, впереди еще девять лет трудной, но достойной жизни. А его изобретению суждено прожить гораздо дольше — и через век «орловская печать» будет защищать от подделок российские банкноты.

Источники:

• Лобов А. В. Особенности борьбы российской власти с подделкой русских денежных знаков за рубежом (1861-1917 гг.), журнал «Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики», 2017
  
• Материалы выставки «Код Орлова: разгадывая тайны „денежной“ печати», совместная экспозиция Нижегородского историко-архитектурного музея-заповедника и Банка России. Нижний Новгород, 2026-2027
  
• Сообщение в Русском техническом обществе И. И. Орлова 14 декабря 1896 года о новом способе многокрасочного печатания с одного клише. СПб, 1897
• Углева Е. Ю. Способы защиты и подделки бумажных денежных знаков: история и современность // Вестник Нижегородской государственной академии МВД России. 2011. № 1